Девятую композицию часто причисляют к сюрреализму, однако Кандинский отрицал какое бы то ни было влияние сюрреализма на его работы, и все же заметно, что биоморфные образы близки к художественному языку сюрреалистов, например Хуана Миро.
К Девятой композиции художник сделал один единственный подготовительный набросок, а Десятая написана совсем без них. Как утверждает Нина Кандинская, художник на тот момент его творческого развития был способен «видеть» картину исключительно в своей голове и потом перенести ее непосредственно на полотно. Широкие диагональные цветные полосы служат прочным основанием на заднем плане для биоморфных и геометрических форм, которые будто парят над ним.
Девятая композиция несет осязаемое декоративное ощущение по сравнению с эмоциональной глубиной и выразительностью более ранних композиций.